Между прочим, в той самой Америке, которая вся — «родом из джаза», наш нежно любимый фильм «В джазе только девушки» с Мэрилин Монро и двумя переодетыми в девушек мужиками назывался «Некоторые любят погорячее». Согласитесь, звучит не совсем понятно: кто такие эти «некоторые» и чего они там любят в горячем виде, еще пойди разберись. Зато в российском варианте названия все четко и понятно — будут девушки, будет и джаз! Готовьте зрители ладошки, придется много хлопать.

Я вообще в последнее время прихожу к выводу, что как только русские люди берутся за американский джаз, получается нечто настолько яркое, веселое и зажигательное, что даже вполне хрестоматийная и растащенная на цитаты музыкально-бутлегерская история становится хитом и злобой сезона. Так случилось, когда режиссер Дмитрий Зимин решил поставить в Театре эстрады бродвейско-голливудский хит. Получилось нечто взрывное, искрометное, то самое «погорячее», которое в нашем случае любят уже не просто «некоторые», а пожалуй что и все зрители поголовно.

Когда Дмитрий Зимин приступил к созданию шоу, оказалось, что история как нельзя лучше расходится среди труппы. Во-первых, сразу стало ясно, что роль «Шуги-сахарка» или, как у нас постарались политкорректно перевести прозвище «Душечки», буквально предназначена для нашей блистательной джазовой вокалистки и чудесной актрисы Ирины Макаровой. Во-вторых, в труппе имелись два талантливых вокалиста-комика, Федор Данилов и Вячеслав Ливанов, которым предстояло посостязаться с голливудским ловеласом Тони Кертисом (Джо) и классическим «простаком» Джеком Лемоном (Джеральд). Переплюнуть эту парочку, согласитесь, удавалось немногим. В-третьих, можно было рассчитывать на виртуозность джазовых музыкантов, которые в результате и присутствуют на сцене непрерывно, сопровождая действо зажигательными мелодиями. Ну и, в-четвертых, имелся роскошный кордебалет, который в спектакле ухитрялся перевоплощаться чуть ли не каждую минуту то в гангстеров, то в продавцов, то в купальщиков, то в танцоров самбы.

— Когда мы брались за этот сюжет, мы конечно очень волновались,— рассказывает Дмитрий Зимин.— Шутка ли дело — состязаться в музыкальности и остроумии с американскими джазистами, вокалистами и комиками золотого голливудского периода. Каждая птица хороша на своем дереве. Нам, наверно, тоже будет смешно, если американцы попробуют сочинять частушки — с этим надо родиться. Но, что поделаешь, нас всегда тянет на экзотику. К тому же в нашем городе уже много лет работает знаменитый барановский джазовый оркестр, идут фантастического уровня джазовые фестивали… Словом, мы почувствовали, что способны взяться за знаменитый хит.

Как зритель замечу: шоу получилось на редкость зажигательное и искрометное. Музыканты, вокалисты и танцоры сразу задали такой бешенный темпоритм, который вполне соответствовал знаменитым «поездным» хитам Дюка Эллингтона, всю жизнь проколесившего по Америке на собственном поезде и, само собой, не мог обойтись без «скоростных» мелодий. Хиты Дюка, Эллы Фицджеральд, Генри Манчини, Фрэнка Синатры в спектакле звучат практически непрерывно. Авторы шоу решили не ограничиваться музыкальным багажом, который был в чемоданчиках у дамского джазового ансамбля из фильма. В ход пошли и знаменитая «желтая корзина» гениальной Эллы, и «Лунная река», которую в свое время так лирично и проникновенно пела Одри Хэпберн в «Завтраке у Тиффани», тем более, что ведущих вокалисток в екатеринбургской версии оказалось две — милашка Сью (в фильме красотка Сью) тоже запела, да еще как зажигательно (эту роль исполнила Кристина Трофимова)!

Роль милашки, кстати, в нашей версии тоже значительно расширена, и в финале в нее благополучно влюбляется Озгут Филдинг (Даниил Шустов), в то время как у Джеральда начинается роман с Долорес (Анна Щеголихина), еще одной из джазовых крошек Сью. Так что в финале все счастливы, оркестр гремит, танцоры зажигают, и катер Озгуда Филдинга всех уносит в розовый закат… Ну, а зрители, уже приготовившие ладошки, бешено аплодируют, ведь главное, чтобы побеждали добро, музыка, красота и любовь!

Светлана Долганова